Перейти к содержимому

IPB Style© Fisana
 

- - - - -

Комната Без Дверей И Окон


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 2

#1 OFFLINE   Pim

Pim

    Мимолетное видение

  • Мечтатель
  • Pip
  • 5 сообщений
  • :

Отправлено 09 Февраль 2020 - 05:25

Доброго времени суток.
Скорее всего, я делаю, то, что делаю, абсолютно без пользы и смысла. По нескольким причинам. Прежде всего, самому мне кажется не совсем правильным писать послесловия к публикации – во-первых, кто я вообще такой, чтобы подобными вещами заниматься? И это "во-первых" преодолеть непросто. Во-вторых, надо ли преодолевать "во-первых"? Имеет ли вообще какой-то смысл рассуждать о "замыслах" и "структуре", если по факту ты никто, звать тебя никак, и занимаешься ты ничем.
В-третьих, не будет, потому что я уже всерьез задумываюсь о том, что и первых двух пунктов достаточно, чтобы прекратить писать.
Лучше сразу переходить к тому, что я хотел написать. А написать я хотел о матадорах. О всех трех.
Сначала я вновь укажу источники, из которых я узнавал о корриде. Основным, самым информативным, объемным, интересным, и, к сожалению, устаревшим, была "Смерть после полудня"  Хемингуэя, в переводе А. Григорьева, как я уже писал, достать бумажную версию книги из серии "по ком звонит колокол" сложно, даже в форме букинистического издания. Следом идет википедия – откуда я более подробно узнал о фигурах, аренах, порядке проведения корриды а также о современных матадорах. После, я отыскал интервью – с Лидией Артамоновой, женщиной пикадором, Романом Карпухиным, матадором, и Эльчином Бабекхановым, пикадором. Затем следуют видео о современной (надеюсь) корриде. Если структурировать объем работы с источниками, получается так, по степени значимости:
"Смерть после полудня"
Википедия
Видео
Интервью
И, хотя, интервью стоят на последнем месте, именно они передают эмоциональную окраску работе тореро.
Еще одно отступление. Место действия – условно. Это сделано намеренно. Для достижения (сильно сомневаюсь, что успешно) эффекта неопределенности, что должно работать на создание атмосферы, напоминающей атмосферу сновидения. Это Испания, но не историческая Испания. Нет географической привязки. Нет исторической.  Очень условное начало двадцатого века. До гражданской войны, потому что во время правления Франко коррида была в упадке, а женщинам запрещалось принимать в ней участие. Так что, карьера Марии была бы, в любом случае, вскоре окончена. Из этой условности должна рождаться атмосфера, схожая с атмосферой сновидения. В итоге, конечно, ничего подобного не получилось.
Теперь к матадорам.
Никанор Вильяльта, из-за длинных ног, языка тела и особого подхода к быкам, прозванный "богомолом", работал с быками на максимально близкой дистанции. Соответственно из отточенной, запредельной отваги "Богомола", родился "Таракан", запредельно истеричный трус, тем не менее снова и снова возвращающийся на арену. Что можно объяснить, как возвышенно – попытка однажды отыскать  в себе храбрость, так и низменно, это все же работа, за которую платят деньги. Оба варианта открыты для интерпретации в исходном тексте, но происходящее мы, как не было бы это странно, исходя из повествовательного стиля, воспринимаем с позиции Марии, главного, условно, героя. И с её точки зрения и она, и Сото, и Таракан – проигравшие.
Говоря о трусах на арене, в "Смерти после полудня" рассказывается о матадорах, отчаянно боящихся быков, но продолжающих выступать, на освистание публики. Из-за того, что это единственное, что они умеют делать. Чему их учили.
Итак, с позиции главной героини, болезненно гордого существа, для которого не выдержать испытание страхом страшнее смерти, Сото, ничем не отличается от Таракана, что я и пытался показать. Он не рискует, выбирает простые тени, он мог бы преодолевать себя, снова начиная путь к вершине, к аренам первой категории, к деньгам и славе. В, конце концов, к смерти. Вместо этого он, как и прочие "проигравшие" выступает в провинции, развлекает публику, которая даже не увлекается корридой. То, что главная героиня выступает на севере весьма условной Испании, указывает именно на это. На севере корриду не особенно любят, и запрещают. Вообще, как я понимаю, сама коррида, как явление постепенно отмирает.
Он не рискует. Но, подобное отношение к оставшимся двум матадорам, не отменят того факта, что только для фанатика Марии, это не просто работа. Коррида это, прежде всего, тяжкий труд. Оплачиваемый. И, опять же, этот факт пришлось оставить за границами повествования. Конечно, здесь есть место для болезненной гордости, непостоянства публики, для династических драм, когда сын не оправдывает надежд знаменитого отца. И прочего.
И вновь, я не вполне уверен, что у меня получилось сказать именно то, что я хотел сказать. И я заранее прошу прощения, если в принципе, все что я написал не было уместно. Не знаю. Возможно, кому-нибудь это может показаться интересным. Заранее, прошу прощения.



Who's read this topic? (Total : 3) , NeQatif, Лиэнь,

#2 OFFLINE   Pim

Pim

    Мимолетное видение

  • Мечтатель
  • Pip
  • 5 сообщений
  • :

Отправлено 09 Февраль 2020 - 05:33

Наверное, с этого стоит начинать, но все написанное выше касалось рассказа и его обсуждения на самом сайте. Вот ссылка, для контекста: http://dreamworlds.r...-s-tenjami.html если кто-то вдруг окажется здесь случайно.

Сообщение отредактировал Pim: 09 Февраль 2020 - 05:34


#3 OFFLINE   Pim

Pim

    Мимолетное видение

  • Мечтатель
  • Pip
  • 5 сообщений
  • :

Отправлено 17 Июнь 2020 - 03:02

Миниатюры.


Обычно я не пишу миниатюр. Или рассказы, оконченные, или черновики, которые нигде не публикую. Но мне захотелось провести небольшой эксперимент, могу ли я в самой краткой форме, на пол страницы, сделать историю и привести её к окончанию. Больше я ничем подобным заниматься не намерен, но, пускай, полученные результаты пока хранятся в моей комнате. Думаю, удалить их будет проще на форуме, чем на сайте. Надеюсь, что приятного чтения, тем, кто сюда заглянет. Было бы интересно узнать ваше мнение. Спасибо.

***


Сопутствующее музыкальное сопровождение этой миниатюры – "Counting Sheep" группы "The Crane Wives". Изначально музыкального сопровождения не было, но, так как источником вдохновения для второй миниатюры послужила песня, я ознакомился с некоторыми произведениями музыкантов и нашел композицию, в некоторой степени, подходящую к данному наброску. Забавно, что временами, легкие позитивные мелодии лучше всего украшают весьма мрачные тексты. Смысловое соотношения музыки и миниатюры весьма поверхностное, возможно, заметное только мне. Но я вообще мастер создания неочевидных связей. Собственно вот.


***


Человек роет колодец. Когда-то, может, и никогда, он думал, или заставил, или приучил себя думать, что он ищет воду. Когда-то, может и никогда, каждый удар заступа предвкушался появлением влаги. Ожиданием. Когда-то, человек верил, что водяная жила, что он видел на старых картах, совсем рядом. Человек верил в труд, в то, что тяжелая работа, приложенные усилия, принесут плоды и никогда не будут напрасны. Вера эта была взращена в нем вопреки обстоятельствам, вскормлена человеческим упрямством. Вогнать лезвие заступа в землю, нагрузить ведро, лебедкой поднять ведро наверх. Земляная насыпь у края колодца растет, человек зарывается все глубже и глубже. Он больше не знает, он только верит в воду. Уже не в настоящую – в концепцию воды. Этой концепции он творит молитву – лезвием заступа, напряжением мышц, сокращением сухожилий. Больше некогда думать, больше нельзя сомневаться. Земля – маленькая, бесполезная, бессмысленная игрушка все вертится и вертится вокруг солнца, человек роет. Вспоминает первые дни своей работы, когда, рассекая землю, постоянно натыкался на извивающихся, копошащихся её обитателей, теперь никого нет, слишком глубоко он зарылся. Когда, на закате, солнце под углом освещает землю, тень земляной насыпи соскальзывает вниз, по стене колодца, постоянным напоминанием, как долго человек уже роет, как высока стала насыпь.
Однажды, проработав всю ночь, человек засыпает прямо на земле. Ему снится та же работа, но теперь почва под ногами мягко пружинит. Он работает по щиколотку, по колено в воде. Концепция, что он безуспешно искал наяву, в мире снов воплотилась в действительность. Вода касается плеч, мягкой лентой сжимает шею, накрывает рот навязчивым, влажным, поцелуем. Он просыпается под зенитным солнцем, на растрескавшейся земле. Лестница, ненадежная, прогибающаяся под его весом, обломками лежит рядом. Он смотрит, но не видит. Продолжает работу, что ему остается? Когда ломается лебедка, человек выбирает место в центре и роет снова, отгребая землю к стенам колодца. Сломав и заступ, он продолжает разгребать землю руками.
На дне колодца – ямы – могилы – человек, не в силах даже подняться на ноги, ждет, когда ненадежные стены осыплются, навсегда стерев его из памяти земли.


***


Вторая миниатюра напрямую вдохновлена вот этой композицией "The Crane Wives" – "Never Love an Anchor",  и переводом фигурального смысла в буквальный. Ну, настолько буквальный, насколько мне позволяет собственный стереотипический стиль. Я уже себе начинаю казаться самопародией.


***


Ты просыпаешься. Я чувствую твое пробуждение, еще до того как слышу голодный крик, даже разделенный с тобой двумя этажами здания. Жду у подножия лестницы. В тишине. Эта тишина сопровождает меня каждый раз, как я поднимаюсь к тебе, со дня твоего появления на свет. Мое присутствие запирает твой голос, я никогда не подобрал бы к нему верного ключа. Я просто не способен. Ты снова разворошил гнездо, тебе стало так тесно. Пространство, очерченное длинной цепи, сжимается с каждым годом. Следишь за мной, поворачивая голову, то одним глазом, то другим. Любуюсь твоей фигурой. Ты так вырос. Наблюдаю за тем, как ты ешь, как чистишь перья. Твой клюв, острый, еще не тронутое заботой о выживании орудие. Я кидаю мячик, ты отбиваешь. Это твоя любимая игра. Хлопки крыльев гоняют по полу мелкий сор и пыль. Каждое твое движение отдается звоном цепи. Из-за нее игра тебя быстро утомляет. Затихаешь. Смотришь, как я привожу спальное место в порядок, как достаю книги. Листать их надо осторожно, странницы рассыпаются при неверном прикосновении. Мы смотрим картинки, однажды, ты научишься читать, я не сомневаюсь, но перед этим, тебе предстоит долгая дорога. Сама мысль о том, что я должен сделать, заставляет мое тело инстинктивно замирать, каменеть, словно в судороге. Сердце в вечном конфликте с разумом, но я уже послушал сердце, вырастив тебя, теперь я должен слушать разум. Я пою тебе песенку без слов, твою колыбельную. Когда ты засыпаешь, я долго, долго наблюдаю за тобой. Пришло ли время? Так легко убедить себя, что еще слишком рано. Но каждый день, когда я буду говорить себе, что слишком рано, приближает то время, когда станет слишком поздно. Если бы я действительно хотел тебе такой участи, я сломал бы твои крылья. Разрываю железное кольцо, обхватившее твою ногу. Сматываю цепь, укладываю у стены. Спускаюсь вниз, в свое логово, оставлю дверь комнаты открытой, ты еще можешь протиснуться через нее, спуститься по ступенькам. Если захочешь. Я подожду.
Ты проснулся, а проклятой цепи больше нет. В твоем крике поровну и восторг и ужас. Та самая свобода, о которой ты даже не мыслил, не знал о её существовании, теперь предстает перед тобой. Дом сотрясается до самого основания. Старые, скрипучие доски кричат в агонии. В последовавшей за тем тишине стою у подножия лестницы так, как всегда стоял. В последний раз поднимаюсь, ступени прогибаются под моим весом, я чувствую как это старое, прогнившее, черное до самого основания, здание давит на меня. Никогда больше не поднимусь по этой лестнице, никогда больше. Ты выломал решетку вместе с оконной рамой, вместе с частью стены. Если я все сделал правильно, ты никогда не вернешься. Я хочу скулить, выть, вместо этого рычу, стиснув зубы. Я люблю тебя, мое дитя, мой птенец. Мои когти крючьями впиваются в стены, шерсть встает дыбом. Может, однажды, ты, вспомнишь обо мне и поймешь, почему я никогда не убаюкивал тебя, никогда не приглаживал перья, не утешал в самые злые грозы. Я разорвал бы тебя в клочья, если бы сжал в объятьях.


***


Если вам будет некомфортно читать последнюю миниатюру, так же как мне было некомфортно её писать, то своей цели я добился. Мне почти стыдно за написанное, так как я всегда старательно избегал подобного, чересчур интимного, стиля. Надеюсь, что не переборщил. В любом случае, удалить сообщение на форуме, наверное, будет проще, чем публикацию на сайте. В общем, для меня, даже в формате миниатюры, подобный стиль абсолютно неестественен и было, в некоторой степени, любопытно, может ли у меня получиться хоть что-то. Собственно вот.


***


Фильм был отличный. Ты уже спишь? Не знаю, мне понравился. Нельзя спать сидя, ложись, я лягу вместе с тобой. Подожди, я нас накрою. Я просто с ума схожу, когда прижимаюсь к твоей шее сзади. Я не устану повторять, как люблю твой запах. Прижаться к твоему затылку, зарыться в волосы. Извини, я знаю, ты устала. Свет от настольной лампы отражается на твоей коже таким медово-желтым, оттенком. Можно, сделать немного пошлый комплимент? Я говорил, что всегда тобой восхищался, еще с нашей первой встречи. Как хорошо, что мы стали учиться вместе. На четвертом курсе, когда я нашел силы пригласить тебя на свидание, я даже представить не мог, что мы, однажды, будем делить постель. Но до этого, на третьем курсе, был случай, когда я просто сошел по тебе с ума. Помнишь, мы принесли тебе конспекты, ты пропустила неделю занятий. Это было весной, когда уходит холод, но еще ничего не расцветает, а воздух влажный. Мы пришли к твоему дому, а ты вышла на улицу. И, наверное, мы тебя разбудили, потому что ты была без макияжа, и с небольшими припухлостями вокруг глаз. И одета ты была в спортивный костюм, под которым, прости, ничего не было. Ты выглядела такой домашней, немного сонной, удивительно теплой. Это было невероятным переживанием, настоящей фиксацией. Я больше не мог перестать о тебе думать. Больше всего, тогда, мне хотелось под любым предлогом напроситься к тебе домой, и, прямо на лестничной клетке, вцепиться в тебя. Я хотел вгрызться в тебя так, чтобы оторвать кусок, попробовать. Не знаю, как тогда сдержался. Как до сих пор сдерживаюсь. Ты замечательная. Я просто пытаюсь сказать, что ты всегда вызывала во мне особые чувства, и я благодарен, что ты позволяешь мне быть с тобой, что я могу прикасаться к тебе. Что я, теперь, знаю твой вкус. Да, пора спать. Завтра работать. Кстати, где обычно лежит тот молоток-топорик, для отбивания мяса, который ты использовала днем? Не знаю, может, попробую его почистить. Такие старые инструменты выглядят лучше, если их отполировать. В шкафу? На какой полке? Нет, я обещаю, что не стану шуметь. Спать я еще точно не лягу, ты же знаешь, что я та еще сова. Ты спишь? Я погашу лампу. Подожди чуть-чуть, повернись, я тебя поцелую.
Спокойной ночи.
Я люблю тебя.




Copyright © 2020 Официальный форум сайта DreamWorlds.Ru