Перейти к содержимому

IPB Style© Fisana
 

- - - - -

Комната Без Дверей И Окон


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 6

#1 OFFLINE   Pim

Pim

    Мимолетное видение

  • Мечтатель
  • Pip
  • 5 сообщений
  • :

Отправлено 09 Февраль 2020 - 05:25

Доброго времени суток.
Скорее всего, я делаю, то, что делаю, абсолютно без пользы и смысла. По нескольким причинам. Прежде всего, самому мне кажется не совсем правильным писать послесловия к публикации – во-первых, кто я вообще такой, чтобы подобными вещами заниматься? И это "во-первых" преодолеть непросто. Во-вторых, надо ли преодолевать "во-первых"? Имеет ли вообще какой-то смысл рассуждать о "замыслах" и "структуре", если по факту ты никто, звать тебя никак, и занимаешься ты ничем.
В-третьих, не будет, потому что я уже всерьез задумываюсь о том, что и первых двух пунктов достаточно, чтобы прекратить писать.
Лучше сразу переходить к тому, что я хотел написать. А написать я хотел о матадорах. О всех трех.
Сначала я вновь укажу источники, из которых я узнавал о корриде. Основным, самым информативным, объемным, интересным, и, к сожалению, устаревшим, была "Смерть после полудня"  Хемингуэя, в переводе А. Григорьева, как я уже писал, достать бумажную версию книги из серии "по ком звонит колокол" сложно, даже в форме букинистического издания. Следом идет википедия – откуда я более подробно узнал о фигурах, аренах, порядке проведения корриды а также о современных матадорах. После, я отыскал интервью – с Лидией Артамоновой, женщиной пикадором, Романом Карпухиным, матадором, и Эльчином Бабекхановым, пикадором. Затем следуют видео о современной (надеюсь) корриде. Если структурировать объем работы с источниками, получается так, по степени значимости:
"Смерть после полудня"
Википедия
Видео
Интервью
И, хотя, интервью стоят на последнем месте, именно они передают эмоциональную окраску работе тореро.
Еще одно отступление. Место действия – условно. Это сделано намеренно. Для достижения (сильно сомневаюсь, что успешно) эффекта неопределенности, что должно работать на создание атмосферы, напоминающей атмосферу сновидения. Это Испания, но не историческая Испания. Нет географической привязки. Нет исторической.  Очень условное начало двадцатого века. До гражданской войны, потому что во время правления Франко коррида была в упадке, а женщинам запрещалось принимать в ней участие. Так что, карьера Марии была бы, в любом случае, вскоре окончена. Из этой условности должна рождаться атмосфера, схожая с атмосферой сновидения. В итоге, конечно, ничего подобного не получилось.
Теперь к матадорам.
Никанор Вильяльта, из-за длинных ног, языка тела и особого подхода к быкам, прозванный "богомолом", работал с быками на максимально близкой дистанции. Соответственно из отточенной, запредельной отваги "Богомола", родился "Таракан", запредельно истеричный трус, тем не менее снова и снова возвращающийся на арену. Что можно объяснить, как возвышенно – попытка однажды отыскать  в себе храбрость, так и низменно, это все же работа, за которую платят деньги. Оба варианта открыты для интерпретации в исходном тексте, но происходящее мы, как не было бы это странно, исходя из повествовательного стиля, воспринимаем с позиции Марии, главного, условно, героя. И с её точки зрения и она, и Сото, и Таракан – проигравшие.
Говоря о трусах на арене, в "Смерти после полудня" рассказывается о матадорах, отчаянно боящихся быков, но продолжающих выступать, на освистание публики. Из-за того, что это единственное, что они умеют делать. Чему их учили.
Итак, с позиции главной героини, болезненно гордого существа, для которого не выдержать испытание страхом страшнее смерти, Сото, ничем не отличается от Таракана, что я и пытался показать. Он не рискует, выбирает простые тени, он мог бы преодолевать себя, снова начиная путь к вершине, к аренам первой категории, к деньгам и славе. В, конце концов, к смерти. Вместо этого он, как и прочие "проигравшие" выступает в провинции, развлекает публику, которая даже не увлекается корридой. То, что главная героиня выступает на севере весьма условной Испании, указывает именно на это. На севере корриду не особенно любят, и запрещают. Вообще, как я понимаю, сама коррида, как явление постепенно отмирает.
Он не рискует. Но, подобное отношение к оставшимся двум матадорам, не отменят того факта, что только для фанатика Марии, это не просто работа. Коррида это, прежде всего, тяжкий труд. Оплачиваемый. И, опять же, этот факт пришлось оставить за границами повествования. Конечно, здесь есть место для болезненной гордости, непостоянства публики, для династических драм, когда сын не оправдывает надежд знаменитого отца. И прочего.
И вновь, я не вполне уверен, что у меня получилось сказать именно то, что я хотел сказать. И я заранее прошу прощения, если в принципе, все что я написал не было уместно. Не знаю. Возможно, кому-нибудь это может показаться интересным. Заранее, прошу прощения.



Who's read this topic? (Total : 9) , Эль-Леди, eternal_wayfarer, Quercus, Pim, baltazaran, Марь, NeQatif, Лиэнь,

#2 OFFLINE   Pim

Pim

    Мимолетное видение

  • Мечтатель
  • Pip
  • 5 сообщений
  • :

Отправлено 09 Февраль 2020 - 05:33

Наверное, с этого стоит начинать, но все написанное выше касалось рассказа и его обсуждения на самом сайте. Вот ссылка, для контекста: http://dreamworlds.r...-s-tenjami.html если кто-то вдруг окажется здесь случайно.

Сообщение отредактировал Pim: 09 Февраль 2020 - 05:34


#3 OFFLINE   Pim

Pim

    Мимолетное видение

  • Мечтатель
  • Pip
  • 5 сообщений
  • :

Отправлено 17 Июнь 2020 - 03:02

Миниатюры.


Обычно я не пишу миниатюр. Или рассказы, оконченные, или черновики, которые нигде не публикую. Но мне захотелось провести небольшой эксперимент, могу ли я в самой краткой форме, на пол страницы, сделать историю и привести её к окончанию. Больше я ничем подобным заниматься не намерен, но, пускай, полученные результаты пока хранятся в моей комнате. Думаю, удалить их будет проще на форуме, чем на сайте. Надеюсь, что приятного чтения, тем, кто сюда заглянет. Было бы интересно узнать ваше мнение. Спасибо.

***


Сопутствующее музыкальное сопровождение этой миниатюры – "Counting Sheep" группы "The Crane Wives". Изначально музыкального сопровождения не было, но, так как источником вдохновения для второй миниатюры послужила песня, я ознакомился с некоторыми произведениями музыкантов и нашел композицию, в некоторой степени, подходящую к данному наброску. Забавно, что временами, легкие позитивные мелодии лучше всего украшают весьма мрачные тексты. Смысловое соотношения музыки и миниатюры весьма поверхностное, возможно, заметное только мне. Но я вообще мастер создания неочевидных связей. Собственно вот.


***


Человек роет колодец. Когда-то, может, и никогда, он думал, или заставил, или приучил себя думать, что он ищет воду. Когда-то, может и никогда, каждый удар заступа предвкушался появлением влаги. Ожиданием. Когда-то, человек верил, что водяная жила, что он видел на старых картах, совсем рядом. Человек верил в труд, в то, что тяжелая работа, приложенные усилия, принесут плоды и никогда не будут напрасны. Вера эта была взращена в нем вопреки обстоятельствам, вскормлена человеческим упрямством. Вогнать лезвие заступа в землю, нагрузить ведро, лебедкой поднять ведро наверх. Земляная насыпь у края колодца растет, человек зарывается все глубже и глубже. Он больше не знает, он только верит в воду. Уже не в настоящую – в концепцию воды. Этой концепции он творит молитву – лезвием заступа, напряжением мышц, сокращением сухожилий. Больше некогда думать, больше нельзя сомневаться. Земля – маленькая, бесполезная, бессмысленная игрушка все вертится и вертится вокруг солнца, человек роет. Вспоминает первые дни своей работы, когда, рассекая землю, постоянно натыкался на извивающихся, копошащихся её обитателей, теперь никого нет, слишком глубоко он зарылся. Когда, на закате, солнце под углом освещает землю, тень земляной насыпи соскальзывает вниз, по стене колодца, постоянным напоминанием, как долго человек уже роет, как высока стала насыпь.
Однажды, проработав всю ночь, человек засыпает прямо на земле. Ему снится та же работа, но теперь почва под ногами мягко пружинит. Он работает по щиколотку, по колено в воде. Концепция, что он безуспешно искал наяву, в мире снов воплотилась в действительность. Вода касается плеч, мягкой лентой сжимает шею, накрывает рот навязчивым, влажным, поцелуем. Он просыпается под зенитным солнцем, на растрескавшейся земле. Лестница, ненадежная, прогибающаяся под его весом, обломками лежит рядом. Он смотрит, но не видит. Продолжает работу, что ему остается? Когда ломается лебедка, человек выбирает место в центре и роет снова, отгребая землю к стенам колодца. Сломав и заступ, он продолжает разгребать землю руками.
На дне колодца – ямы – могилы – человек, не в силах даже подняться на ноги, ждет, когда ненадежные стены осыплются, навсегда стерев его из памяти земли.


***


Вторая миниатюра напрямую вдохновлена вот этой композицией "The Crane Wives" – "Never Love an Anchor",  и переводом фигурального смысла в буквальный. Ну, настолько буквальный, насколько мне позволяет собственный стереотипический стиль. Я уже себе начинаю казаться самопародией.


***


Ты просыпаешься. Я чувствую твое пробуждение, еще до того как слышу голодный крик, даже разделенный с тобой двумя этажами здания. Жду у подножия лестницы. В тишине. Эта тишина сопровождает меня каждый раз, как я поднимаюсь к тебе, со дня твоего появления на свет. Мое присутствие запирает твой голос, я никогда не подобрал бы к нему верного ключа. Я просто не способен. Ты снова разворошил гнездо, тебе стало так тесно. Пространство, очерченное длинной цепи, сжимается с каждым годом. Следишь за мной, поворачивая голову, то одним глазом, то другим. Любуюсь твоей фигурой. Ты так вырос. Наблюдаю за тем, как ты ешь, как чистишь перья. Твой клюв, острый, еще не тронутое заботой о выживании орудие. Я кидаю мячик, ты отбиваешь. Это твоя любимая игра. Хлопки крыльев гоняют по полу мелкий сор и пыль. Каждое твое движение отдается звоном цепи. Из-за нее игра тебя быстро утомляет. Затихаешь. Смотришь, как я привожу спальное место в порядок, как достаю книги. Листать их надо осторожно, странницы рассыпаются при неверном прикосновении. Мы смотрим картинки, однажды, ты научишься читать, я не сомневаюсь, но перед этим, тебе предстоит долгая дорога. Сама мысль о том, что я должен сделать, заставляет мое тело инстинктивно замирать, каменеть, словно в судороге. Сердце в вечном конфликте с разумом, но я уже послушал сердце, вырастив тебя, теперь я должен слушать разум. Я пою тебе песенку без слов, твою колыбельную. Когда ты засыпаешь, я долго, долго наблюдаю за тобой. Пришло ли время? Так легко убедить себя, что еще слишком рано. Но каждый день, когда я буду говорить себе, что слишком рано, приближает то время, когда станет слишком поздно. Если бы я действительно хотел тебе такой участи, я сломал бы твои крылья. Разрываю железное кольцо, обхватившее твою ногу. Сматываю цепь, укладываю у стены. Спускаюсь вниз, в свое логово, оставлю дверь комнаты открытой, ты еще можешь протиснуться через нее, спуститься по ступенькам. Если захочешь. Я подожду.
Ты проснулся, а проклятой цепи больше нет. В твоем крике поровну и восторг и ужас. Та самая свобода, о которой ты даже не мыслил, не знал о её существовании, теперь предстает перед тобой. Дом сотрясается до самого основания. Старые, скрипучие доски кричат в агонии. В последовавшей за тем тишине стою у подножия лестницы так, как всегда стоял. В последний раз поднимаюсь, ступени прогибаются под моим весом, я чувствую как это старое, прогнившее, черное до самого основания, здание давит на меня. Никогда больше не поднимусь по этой лестнице, никогда больше. Ты выломал решетку вместе с оконной рамой, вместе с частью стены. Если я все сделал правильно, ты никогда не вернешься. Я хочу скулить, выть, вместо этого рычу, стиснув зубы. Я люблю тебя, мое дитя, мой птенец. Мои когти крючьями впиваются в стены, шерсть встает дыбом. Может, однажды, ты, вспомнишь обо мне и поймешь, почему я никогда не убаюкивал тебя, никогда не приглаживал перья, не утешал в самые злые грозы. Я разорвал бы тебя в клочья, если бы сжал в объятьях.


***


Если вам будет некомфортно читать последнюю миниатюру, так же как мне было некомфортно её писать, то своей цели я добился. Мне почти стыдно за написанное, так как я всегда старательно избегал подобного, чересчур интимного, стиля. Надеюсь, что не переборщил. В любом случае, удалить сообщение на форуме, наверное, будет проще, чем публикацию на сайте. В общем, для меня, даже в формате миниатюры, подобный стиль абсолютно неестественен и было, в некоторой степени, любопытно, может ли у меня получиться хоть что-то. Собственно вот.


***


Фильм был отличный. Ты уже спишь? Не знаю, мне понравился. Нельзя спать сидя, ложись, я лягу вместе с тобой. Подожди, я нас накрою. Я просто с ума схожу, когда прижимаюсь к твоей шее сзади. Я не устану повторять, как люблю твой запах. Прижаться к твоему затылку, зарыться в волосы. Извини, я знаю, ты устала. Свет от настольной лампы отражается на твоей коже таким медово-желтым, оттенком. Можно, сделать немного пошлый комплимент? Я говорил, что всегда тобой восхищался, еще с нашей первой встречи. Как хорошо, что мы стали учиться вместе. На четвертом курсе, когда я нашел силы пригласить тебя на свидание, я даже представить не мог, что мы, однажды, будем делить постель. Но до этого, на третьем курсе, был случай, когда я просто сошел по тебе с ума. Помнишь, мы принесли тебе конспекты, ты пропустила неделю занятий. Это было весной, когда уходит холод, но еще ничего не расцветает, а воздух влажный. Мы пришли к твоему дому, а ты вышла на улицу. И, наверное, мы тебя разбудили, потому что ты была без макияжа, и с небольшими припухлостями вокруг глаз. И одета ты была в спортивный костюм, под которым, прости, ничего не было. Ты выглядела такой домашней, немного сонной, удивительно теплой. Это было невероятным переживанием, настоящей фиксацией. Я больше не мог перестать о тебе думать. Больше всего, тогда, мне хотелось под любым предлогом напроситься к тебе домой, и, прямо на лестничной клетке, вцепиться в тебя. Я хотел вгрызться в тебя так, чтобы оторвать кусок, попробовать. Не знаю, как тогда сдержался. Как до сих пор сдерживаюсь. Ты замечательная. Я просто пытаюсь сказать, что ты всегда вызывала во мне особые чувства, и я благодарен, что ты позволяешь мне быть с тобой, что я могу прикасаться к тебе. Что я, теперь, знаю твой вкус. Да, пора спать. Завтра работать. Кстати, где обычно лежит тот молоток-топорик, для отбивания мяса, который ты использовала днем? Не знаю, может, попробую его почистить. Такие старые инструменты выглядят лучше, если их отполировать. В шкафу? На какой полке? Нет, я обещаю, что не стану шуметь. Спать я еще точно не лягу, ты же знаешь, что я та еще сова. Ты спишь? Я погашу лампу. Подожди чуть-чуть, повернись, я тебя поцелую.
Спокойной ночи.
Я люблю тебя.

#4 OFFLINE   Pim

Pim

    Мимолетное видение

  • Мечтатель
  • Pip
  • 5 сообщений
  • :

Отправлено 29 Октябрь 2020 - 01:55

Прежде всего, хотелось бы извиниться, за собственную медлительность. Далее, хотелось бы продолжить извиниться, уже по иным причинам. И снова, мне кажется, что говорить я собираюсь о вещах само собой разумеющихся и очевидных, а, следовательно, предстаю неумным и занудным собеседником. В защиту свою, хочу отметить, что, подготавливая работу по "Полю в Англии", пытался изо всей силы избежать какой-либо личной оценки и интерпретации фильма. Фильм мне, в конечном счете, спустя годы, все же понравился, к тому же, режиссер данной картины сделал немало других интересных фильмов. О чем я и пытался рассказать. Об интересном фильме, и интересном режиссере, сознательно избегая, удачно ли, не знаю, личных оценочных суждений и интерпретации и раскрытия сюжета.

Теперь же я намерен говорить только о своем личном впечатлении о фильме, опять же не претендуя на объективность, ведь для хотя бы подобия объективного суждения с претензией на понимания режиссерского замысла мне элементарно не достает языковых навыков, так как проще всего было бы найти интервью с режиссером, где он рассказывает о фильме. Конечно, если бы режиссер хотел, чтобы его фильм был прост для понимания, он бы его таким и сделал, а так, очень простая, по сути, история оказывается завернутой в практически фирменную Линчевскую оболочку и отказ от объясняй, особенно для финала картины, естественен. Соответственно фильм можно трактовать и интерпретировать на собственный вкус, чем бы я и хотел бы заняться. Но для начала, несколько вольное отступление.

Говоря о черном солнце, я использовал концепцию Блаватской, отчего-то сочтя её единственной, совершенно забыв о существовании алхимического "Черного Солнца". "Черное Солнце" в алхимии или "Sol Nigger" один из процессов "Королевской работы" а именно – собственно убийство "Короля". Черное Солнце иногда сравнивали с Сатурном. Символ смерти, разрушения, разложения, гниения. Но это необходимый процесс. Алхимик, в свете Черного Солцна убивает "Короля" – один благородный металл, трансформируя, перерождая, его в иной, благородный металл – "Молодого Короля" – алхимическое золото. Иными словами, под Черным солнцем, мы зарываемся в черную же почву, чтобы добыть оттуда королевские останки и переродить их новым королем.

Концепты средневековых алхимиков были использованы и переработаны Карлом Густавом Юнгом – австрийским психиатром, одним из учеников Зигмунда Фрейда. Юнг, после теоретических расхождений с Фрейдом, отошел от теории классического психоанализа, и разработал собственную теорию, где основным нововведением была концепция коллективного бессознательного, а именно, очень грубо говоря, огромный неосознаваемый социокультурный пласт, наследуемый нами от предков. Причем этот пласт затрагивает образы и типы мышления, максимально далеко отстоящие от нынешнего времени. Искаженные подобия обрядов инициации, религиозные табу, авторитарные символы, анимизмы и прочее, через наши сновидения мы можем прикасаться к этому коллективному бессознательному, находить там основу, вдохновение, поддержку или же травмы и неврозы. Я очень вольно и очень упрощенно трактую теорию Юнга, так как не преследую цель полно и подробно изложить основы его работы. Это займет у меня слишком много времени, так как слишком многое уже успело забыться со студенческой поры. Википедия дает слишком упрощенную картину, а перечитывать все работы Юнга заново с тетрадью для заметок, может быть и весело и полезно, но определенно не теперь. Совокупность факторов возраста, времени, занятости, вынуждает меня обращаться к суррогатам информации, не к первоисточникам. И я должен просить прощения за это.

И особенное значение Юнг придавал алхимии, трактуя её не как процесс трансформации металлов, а как процесс трансформации души – обретение цельного внутреннего "Я". Самоосознание. Таким образом, у нас есть две интерпретации алхимии. Это магическая работа, первохимия, где все процессы и образы, только и только код – эзопов язык, призванный скрыть правильный порядок химической работы для непосвященных. И есть чуть более расширенная трактовка, встраиваемая в психотерапевтическую работу, где алхимия, это не только преобразование металлов, но преобразование души. В рамках этой концепции "Черное Солнце" это депрессия, отчаяние, кризис, то, что уничтожает душу. Но этот процесс можно использовать для получения позитивного результата – обращаясь к внутреннему механизму уничтожения, мы познаем его, учимся преодолевать его, выражать. Внутри каждого из нас есть свое "Черное Солнце" и, игнорируя его, мы игнорируем проблему, вместо того, чтобы решать её. Алхимик О'Нилл, буквально, смотрит в самую сердцевину Черного Солнца, но не видит его и, естественно, погибает, возможно, действительно видя в волшебном зеркале прошлое, настоящее и будущее, но не свою смерть.

Итак, пребывая в кризисе, мы обращаемся к "Черному Солнцу", закапываемся, под его светом, в глубины личности, сознания, и, к лучшему, будем надеяться, перерождаемся.

Или гибнем.

Что, трактуя фильм таким образом, и произошло со всеми героями. Каждый из них трансформировался, переродился и сгинул, не обретя спасения. Но об этом чуть позже.

Я начну издалека, с названия. "A field in England" – "Поле в Англии". Неопределенный артикль "a" мне видится (прекрасная аргументация, просто прекрасная – мне видится, гениально и совершенно неопровергаемо, браво!), неслучайной. Не какое-то конкретное "the field" – именно это поле, хотя мне кажется, в английском языке это было бы неправильно использовать в названии в любом случае. Некое абстрактное "a field" – никогде. Реальность, не-реальность, ад, чистилище, страна фей. Поле, где даже ирландский дьявол, как покажет будущее, при всей его власти, только гость. Почти пленник.

Итак, алхимик О'Нилл, при помощи неофита Катлера заманивает на поле двух солдат и астролога. Астролог Уайтхед и О'Нилл имеют общее прошлое, общего хозяина. В элементарной дуалистической системе они очевидное противостояние добра и зла. Уайтхед религиозный человек, христианин, говоря о своем хозяине, человеке из плоти и крови, говорит о нем, как о собственном повелителе, как о боге, которого О'Нилл оставил, от которого отрекся. Их разговор, при всей его приземленности это критика и слепого служения, и авторитарного угнетения. Но О'Нилл, критикуя старого хозяина (фактические отвергая бога) точно так же собирается глумиться и пытать Уайтхеда, что необходимо, для развития последнего. И старый хозяин и О'Нилл по сути делают одно и то же, но О'Нилл использует Уайтхеда явно, открывая ему глаза на собственное подчиненное положение. Конечно, в финале, он уже никогда бы не вернулся к хозяину, как и О'Нилл. Он победил, но это не победа сил света над силами тьмы. Это победа и признание собственной тьмы.

Самое главное, "растворение дьявола в ассимиляции" (статья "Черное солнце" https://magic-forum..../Чёрное-Солнце/), это буквально то, что происходит между О'Ниллом и Уайтхедом. Последний, сначала насильно подвергается исторжения из себя принципов, опять же, насильно вложенных в него старым хозяином. После, кстати, именно "после", узрев "Черное Солнце", он поглощает "плоды зла" и "злонамеренные планы" О'Нилла, а тот, в свою очередь, пробует на вкус принципы Уайтхеда. "Мы теперь братья!" – кричит О'Нилл.

Только приняв темную сторону, Уайтхед одерживает победу. Более того, он искусно манипулирует О'Ниллом. Он буквально держит черное солнце в своих руках, он теперь хозяин не только своей судьбы, но и всего пространства, куда их заманил ирландский дьявол.

Но, принимая тьму, он равно в той же степени проигрывает, потому что теперь навсегда остался привязан к несовершенному полю души, под лучами мертвого солнца. И снова, и снова, и снова, и снова.

Этот порочный круг подхватывает и остальных персонажей. Что интересно, невольные спутники и соратники Уайтхеда проходят свой путь развития, но, проходя через ад (или чистилище) становятся лучше, в то время, как Уайтхед, наоборот, принимает собственную тьму.

Ветеран Джейкоб (Иаков) – солдат, эгоист, пресыщенный пороками, страдающий от бесчисленных хворей (венерических в том числе) сообразно образу жизни. Скиталец. Он ищет собственную выгоду во всем, и даже в пределах заклинания-проклятья О'Нилла оказывается из-за собственной корысти. За участие в поисках сокровищ мародер Катлер расплачивается с ним пригоршней колец, очевидно снятых с мертвецов. И если поначалу Джейкоба это нисколько не беспокоит, то потом, в поворотном моменте фильма именно эти кольца (и смерть Друга) пробудят в нем подобие совести и раскаяние. "Я сам по себе" – твердит Джейкоб, как заклинание, как мантру, раскапывая яму. Я никому не принадлежу, я сам по себе. Но он не свободен. Он и не может быть свободен, его ведут пороки, им командуют, он ведь простой солдат. Как раз себе он и не принадлежит. Единственная надежда на освобождение для него, была попытка спасти кого-то еще, кроме себя.

Подобный мотив, искупления, особенно явственно проступает, когда мы обращаемся к безымянному бондарю из Эссекса – Другу. Его смерть и воскрешение, повторенные дважды, одновременно и юмористическая разрядка (шутка, повторенная дважды, становится вдвое смешнее) и очень интересная концепция.

Друг – человек лишенный собственного мнения. Более того, лишенный собственной личности. Он недалек и дружелюбен, с одной стороны, с другой стороны, в начале фильма, когда Уайтхед предлагает вернуться к войскам, Друг моментально его поддерживает и тут же меняет свою точку зрения, когда Катлер и Джейкоб уходят искать таверну.
"Ты прав, мы должны вернуться и принять наказание, так будет лучше всего"
"Он прав, пиво решит все наши проблемы, так будет лучше всего"
И естественно он не принимает ничьей стороны. Когда взбешенный тяжелый работой Джейкоб, бросается на него с криками: "Ты раб! Ты слышишь? Ты всего лишь раб!" Друг, отбиваясь от Джйкоба, кричит ему в ответ: "И я лучший раб, чем ты!"

И, соответственно, воплощенное "ничто", в магическом пространстве, не может умереть. Оно ничто. И только осознав, кому он хочет принадлежать, кому служить. Ради кого, в конце-концов, умереть, Друг умирает, застреленный О'Ниллом.

Эти два персонажа, эгоист Джейкоб и зависимый от других людей Друг проходят под черным солнцем, положительную трансформацию и гибнут, искупая несовершенство их прошлых личностей. Но смерть их означает, всего лишь, что они больше никогда не покинут проклятое поле, как и Уайтхед, победивший, в финале, но вкусивший плодов тьмы.
В одном из интервью режиссер Бен Уитли, кидаясь интерпретациями, упомянул о столкновение личности со своими воплощениями, что идеально подходит к финалу фильма.

Собственно на этом я хотел бы остановиться. Более чем уверен, что режиссер не предполагал подобной интерпретации и это все мои собственные домыслы. Но, как я упоминал вначале, мистическая трактовка мне ближе и интереснее, чем реалистические интерпретации. Я не люблю сюжеты "все это был только сон/галлюцинация" и "на самом деле они все уже умерли", я их не перевариваю. Хуже только "на самом деле он был сумасшедшим" и "на самом деле все было розыгрышем", а "Поле в Англии" оставляет простор для интерпретаций и мне нравится представлять это как магический поединок, где не было победителей. С небольшим религиозным подтекстом.

Я, опять же, вынужден извиниться за собственное скудоумное пустословие. Но, может, кому-нибудь и подобная трактовка покажется, хотя бы, любопытной.

Надеюсь,  что не сильно утомил читающих, спасибо за внимание.
С уважением,
Pim.

Прикрепленные файлы


Сообщение отредактировал Pim: 29 Октябрь 2020 - 01:58


#5 OFFLINE   Pim

Pim

    Мимолетное видение

  • Мечтатель
  • Pip
  • 5 сообщений
  • :

Отправлено 29 Октябрь 2020 - 01:58

Весь смысл был именно в изображениях прикрепленных к тексту в правильных местах, но я просто не разобрался, как правильно вставить их в текст, прошу прощения. И соответственно, я опять забыл, что весь предыдущий текст должен соотносится с этой рецензий на сайте, прошу прощения. http://dreamworlds.r...e-v-anglii.html

Сообщение отредактировал Pim: 29 Октябрь 2020 - 02:00


#6 OFFLINE   Pim

Pim

    Мимолетное видение

  • Мечтатель
  • Pip
  • 5 сообщений
  • :

Отправлено 07 Ноябрь 2020 - 16:12

Жаль, что не могу добавить сюда музыку, читать этот поток бреда стоило бы под эту композицию: Modest Mouse – Bukowski.

Мой сон.

Мне так редко сняться сны, открытые для психоаналитической интерпретации, что когда они все-таки сняться, это всегда необычайно очевидный и сильный смысловой посыл.
Все равно никто не читает, ничего, что я пишу тут, так что можно стать чуть более откровенным.
Итак.
Мне снится сон. Я в каком-то аэропорту, в ожидании старого знакомого, мы вместе собираемся лететь на какой-то съезд, или конвент. Похоже, что всего лишь в другой город, так как с собой у меня всего одна сумка. Некоторые подробности сна я излагаю, для придания пространству сновидения объема, но интерпретировать я их не смогу, в силу ограниченности собственного же восприятия. К примеру, в зале ожидания очень светло, я сижу спиной к огромному окну, занимающему всю стену, откуда в зал льется солнечный свет. Было бы очень легко интерпретировать этот образ, как образ сознания, освещающей, наконец, бессознательное, что в моей помраченной жизни случается редко, но я не могу так интерпретировать этот образ и в том числе, потому что не совсем уверен, что образ этот действительно был в сновидении, что я не добавил его позднее, в момент пробуждения, или в момент фиксации сна. Большая часть того, что нам сниться на самом деле нам не снилось, а было додумано, нафантазировано, в процессе припоминания сна. Мой знакомый подходит ко мне, садится рядом. Мы беседуем, и, между делом, он упоминает, что нашел в своих вещах мой первый сборник рассказов, который я, кажется, очень давно давал ему почитать. Он возвращает его мне. Это маленькая потрепанная книжечка без обложки, на скрепке. Страничек шесть-восемь (опять же, я не собираюсь интерпретировать цифровое значение, слишком получится надуманно и сложно) Сборник называется "Кто Ты?". Это строка занимает всю первую страницу.  Вот так.

Кто
Ты?


Сама книжечка очевидно очень старая и хранилась небрежно, страницы пожелтевшие, оборванные, сальные. Я пролистываю сборник и понимаю, что это не просто старые мои рассказы, а рассказы совсем уж школьных лет. Причем напечатан сборник без всякой редактуры. Количество ошибок зашкаливающее, и ошибки эти очевидны даже безграмотному мне. Я листаю сборник, потешаясь, практически над каждым словом. Конечно, я отпускаю какие-то, на мой взгляд, остроумные комментарии, чтобы не исключать своего знакомого из беседы. Нас зовут к стойке регистратуры, здесь воспоминания о сне становятся смазанными.
Мы идем к самолету, самолет этот очень маленький, рассчитанный человек на шесть-восемь (опять же это не символическая цифра, так как я не смогу уже вспомнить, сколько человек было в самолете, кажется, что меньше восьми, поэтому интерпретировать цифровые значения я не буду). И уже в момент, когда самолет движется по взлетной полосе, но еще не взлетел, я понимаю, что оставил сборник рассказов на стойке регистратуры. Со мной происходит настоящий припадок, я требую, чтобы самолет остановили, мне необходимо вернуться, я забыл очень важную вещь. Естественно, меня никто не слушает. Остальные пассажиры, знакомый мой уже выпал из пространства сна, вроде бы люди, которые должны лететь на тот же самый съезд, но, глядя на них, я понимаю, что съезд, на который я хотел попасть совсем не такой, как я себе представлял. Я понимаю, что люди в самолете, на самом деле члены какой-то секты. Какая-то женщина сует мне в руки журнал, с рекламой аэропорта, с которого мы взлетели, я пытаюсь отыскать телефон справочной службы, чтобы позвонить на стойку регистратуры, чтобы там нашли мой сборник и не выкидывали его, я вернусь обратно и заберу. Но страницы журнала постоянно меняются, как только я отвожу взгляд. Я набираю один телефонный номер за другим, но попадаю то, на рекламные линии, то на какой-то шарлатанский астрологический телефон доверия. Самолет взлетает, а я все бьюсь над проклятым журналом и телефонным номером. Остальные люди в самолете начинают говорить, одновременно. Со мной и не со мной. Но я не понимаю ни слова.

Смысл сновидения настолько очевиден, что мне даже становится несколько не по себе. Сама обстановка подчеркивает концепцию перехода – путешествие на самолете из одного места в другое – преодоление одного жизненного этапа и начало другого, очевидно, возраст мой, все же беспокоит сильнее, чем я позволяю себе в этом признаться. Мы живем, преодолевая возрастные этапы, нет причин останавливаться на этом подробнее. Но для благополучного принятие следующего жизненного этапа нужно разобраться с проблемами в прошлом, в конечном счете, примериться с ним. Об этом мне говорит мое сновидение в образе знакомого (в пространстве сновидения нет никого, кроме сновидца, мой знакомый, на самом деле не он, и даже не мое представление или воспоминание о нем, это я сам, как и женщина в самолете, как и журнал, и самолет и солнечный свет из окна), этот сборник рассказов, потрепанный забитый ошибками – образ прошлого, за которое я цепляюсь, но, в тоже время и напоминание о старых планах, и уничижительная критика. Естественно, от прошлого этого необходимо избавиться, чтобы двигаться дальше. Вы понимаете, образ самолета. Но уже в самолете я осознаю, что не могу избавиться от прошлого, и вот тут начинаются проблемы. Люди в самолете которые, следуя изначальному замыслу, должны были быть моими единомышленниками оказываются членами какой-то секты, к тому же еще с которыми невозможно вменяемо изъясниться. Оставим в стороне тему сектантства, я смутно угадываю, почему тема эта всплыла в сновидении, не так давно я прочитал несколько статей посвященных телеевангелистам. Самое главное – интерпретация – другие люди представляются мне не просто чуждыми, членами секты, я еще и не могу говорить с ними. Точнее, мы говорим на разных языках, кажущихся собеседнику бессмысленным. Я пытаюсь позвонить по телефону, но даже здесь терплю фиаско. Даже мой скудный багаж, всего одна сумка, подчеркивает полную несостоятельность, у меня ничего нет, никаких ресурсов, чтобы отправиться в большое путешествие на большом самолете. И самое главное – сборник рассказов. Точнее название сборника, к которому сновидение меня постоянно возвращало. "Кто Ты?"
Так, "Кто Ты?"
Безграмотный неудачник, утративший даже минимальный контроль над происходящим в собственной жизни. Болтающийся в тесном самолетике, где не хочешь быть, окруженный незнакомцами, которым до тебя нет никакого дела. Стиснутый возрастным кризисом, социофобией, коммуникативными и личными проблемами. Самое главное, отчаянно цепляющий за не менее никчемное прошлое, от которого не можешь отделаться даже в уже летящем самолете.
Как тут не вспомнить "Зубчатые колеса" Акутагавы?

#7 OFFLINE   Эль-Леди

Эль-Леди

    Но далёкая в небе звезда зовёт меня в путь...

  • Маг Слова
  • PipPipPip
  • 227 сообщений
  • :

Отправлено Сегодня, 11:36

*шепот из тёмного угла* Я не уверена, но мне кажется, это в другой раздел...

Ветры у ног твоих,

Небо над головой,

Сила с тобой.





Copyright © 2020 Официальный форум сайта DreamWorlds.Ru